23 января 1942 года. 216 день войны.

23 января, пятница. Ладожская трасса сделала Финляндское отделение Октябрьской железной дороги и когда-то сравнительно тихую Ириновскую ветку протяженностью 56 километров основными артериями всего узла. Судьба Ленинграда и фронта теперь в значительной степени зависела от того, как будут осуществляться перевозки между Ладогой и городом по однопутной Ириновской ветке, имевшей слабое техническое развитие. К началу 1942 года, после того как доставка грузов в Осиновец (на западном берегу Ладожского озера) увеличилась до 2 тысяч и более тонн в сутки, ветка уже не могла справляться с переброской в Ленинград такого объема грузов. «К тому времени погибло более 1200 железнодорожников, а оставшиеся в живых — до крайности усталые, истощенные, ослабевшие от голода—еле справлялись с обслуживанием движения поездов в условиях суровой зимы». Для обеспечения бесперебойной работы этого участка на Большой земле была сформирована колонна железнодорожников, около 500 человек, в том числе значительное количество с Северной дороги. Из Вологодского паровозного депо в Ленинград выехало 5 паровозных бригад (машинист, помощник машиниста, кочегар). Колонна поездом прибыла в Жихарево, оттуда до Ладоги шли пешком, а по льду озера ехали в грузовых автомобилях, некоторые — в автобусах. — В Ленинграде,— рассказывает бывший машинист Александр Афанасьевич Соловьев,— привезли на Московский вокзал, там мы переспали, а утром, часа в три, повезли нас в депо. Стоят паровозы, засыпанные снегом, а водить их кроме нас некому — целые бригады видели замерзшими. Стали очищать от снега, потом заправлять: ломали будки на дрова, воду нам откуда- то пожарники качали. И погнали паровозы на Финляндский вокзал. В характеристике, выданной А. А. Соловьеву в мае 1942 года, значится, что он был прикомандирован к паровозному депо Ленинград-Сортировочная Московско-Октябрьской железной дороги и с 29 января 1942 года работал машинистом на паровозе № 721-13 «по продвижению продовольственных поездов для г. Ленинграда».